Новости DIVO

«Диво Дивное»: как Екатерина Ряжских возвращает фольклору голос

Певица, актриса и блогер Екатерина Ряжских объясняет, почему народная культура — это не музейный экспонат и не модный тренд, а живая опора, которую каждый может найти внутри себя.
Она выросла в селе, пела на сцене с трех лет и завела блог в декрете — просто чтобы делиться жизнью. Сегодня Екатерина Ряжских ездит в этнографические экспедиции в Липецкую область, записывает деревенские песни и страдания, читает лекции о смерти в народной традиции и ставит моноспектакли, в которых проживает чужие жизни — судьбы женщин прошлых поколений. В ее понимании фольклор — не реконструкция и не ностальгия, а способ разговаривать с теми, кто был до тебя.

Мы поговорили с ней о том, как передать детям живую традицию без насилия, почему страх смерти стоит пройти насквозь и что общего между частушками и алгоритмами социальных сетей.

Как все начиналось

Был ли момент, когда вы поняли, что, фольклор — это навсегда? Что это был за момент — находка в архиве, встреча с бабушкой в деревне или что-то совсем другое?

Даже не знаю, когда это случилось, не было какого-то одного момента. Но, наверное, с тех пор, когда внутри начинаешь ощущать свою принадлежность к родной земле, своей семье и культуре.

Ваш ник — rediskamama — очень домашний, теплый и немного ироничный. Это намеренный контраст с серьезной темой фольклора? Расскажите, откуда он взялся?

Я завела блог очень давно, в 2016 году, и не думала, что однажды буду писать в нем на тему русской культуры, мне просто хотелось делиться тем, что происходит в моей жизни, а происходил в тот момент декрет с первой дочкой Дуней. Нужно было что-то емкое, краткое, запоминающееся, и я вспомнила, как называл меня мой друг Леша в ВДЦ «Орленок» — редиска, ну, а так как я уже была мамой в тот момент, то и написала «редискамама». Возможно, тут считывается, что я всегда считаю себя недостаточно хорошей мамой. Сейчас чаще представляюсь по имени и фамилии или как «русская душа», но ник менять не вижу смысла. Да и по натуре я редиска — очень вредная.

Немного о традиции

Среди всего, что вы изучаете — обрядов, кукол, песен, — что цепляет вас сильнее всего? Что вы бы взяли с собой на необитаемый остров из народной культуры?

Конечно, песни! Без них не проходит ни одного дня — ни сейчас, ни раньше. На сцене я пою с трех лет сольно, а после стала петь и в хоре, и в ансамбле, и в квартете. Песни звучали и на семейных праздниках в нашей семье, их всегда много пела и поет моя мама, и я своим детям и вместе с ними. Текстов и мелодий уже, кажется, не сосчитать, но новые все равно помещаются. Хотя, если честно, сильнее всего меня цепляют люди — их истории и судьбы. В народной культуре меня интересует прежде всего человек.

Часто народную культуру представляют либо как что-то мрачное и языческое, либо, наоборот, как банальную открытку с матрешками. Как вам удается находить настоящее — между страхом и лубком?

Наверное, потому что я выросла в селе и много времени проводила в деревне у бабушки: слышала диалект, песни, видела уходящий уклад, слушала истории. Это не игра, а часть жизни. Поддерживаю эту связь живым общением с семьей, езжу на родину, хожу на кладбище к родным, изучаю историю своей семьи. И регулярно — пусть и не часто — выезжаю в этнографические экспедиции в Тербунский район Липецкой области: записываю песни, частушки, страдания и, конечно, истории людей. Живые и настоящие — не языческая древность и не а-ля рус, а реальные люди, от которых еще можно узнать очень много.

Есть ли в народной культуре что-то, что вас до сих пор пугает или вызывает внутренний дискомфорт?

Долгое время это была тема смерти. С детства она пугала и одновременно притягивала. Но несколько лет назад я разрешила себе шагнуть в нее: говорить об этом, петь, искать способы побороть страх. Пела панихиды, изучала тему с этнографической точки зрения, написала и защитила диплом о проводах души на сороковой день. Помогала читалке петь на поминках у себя на родине — теперь пою на поминках в Санкт-Петербурге. Читаю лекции на эту тему, выпустила песню в современной обработке на основе духовного стиха из Брянской области — о похоронах благочестивого человека. Я пошла в свой страх, и он постепенно отступает. Планирую изучать эту тему дальше.

Женщина в фольклоре

Чувствуете ли вы связь с конкретными людьми из прошлого — например, с неизвестной мастерицей или певицей?

Интересный вопрос. Наверное, больше всего я чувствую связь со своей прабабушкой Екатериной в честь которой мама назвала меня Катей. Ее портрет висит у меня в комнате, и я вижу каждый день. Летом, когда мы приезжаем на кладбище, родные находят все больше моего сходства с ней и во внешности, и в характере. Я знаю историю ее жизни, хотя никогда с ней не была знакома. В одном из своих моноспектаклей я рассказываю эту историю от первого лица — и каждый раз заново проживаю на сцене ее трагические моменты.

Народная культура часто воспринимается как патриархальная, но ведь именно женщины хранили обряды, шили кукол и пели. Как вы сами ощущаете себя в этой традиции — как хранительница или как исследователь?

Я ощущаю себя частью этой культуры. Как исследователь, конечно, но это и моя история, история моей семьи, моей родины, моей страны, пусть и ее маленькая часть.

В народной культуре тело было частью обрядов. Как вы это воспринимаете сегодня? Можно ли сказать, что именно это телесное ощущение мы сильнее всего утратили?

Я бы сказала иначе. Человек был целостным: его физическая и духовная составляющие были вписаны в обряд вместе — это важно. Сегодня наша физическая активность сильно изменилась, изменилось отношение к телу, и душевная сторона тоже стала другой. Мы просто другие и живем по-другому.

Личное

Что из того, что вы узнали в процессе работы, перевернуло ваши собственные представления о русской культуре или о себе?

Сложно выделить что-то одно. Наверное, это образ жизни в целом — восприятие, ощущение опоры внутри. Чем глубже погружаешься в народную культуру, тем понятнее она становится. Но важно помнить: дна нет. Она настолько глубока и многогранна, что жизни не хватит, чтобы узнать и понять все.

Вы — мама. Как вы передаете народную культуру своим детям — через сказки, игры, куклы? И можно ли вообще передать это органично, без насилия над современным ребенком?

В младенческом возрасте — это проще всего привить через сказки, пестушки, потешки и колыбельные песни. Сейчас, когда старшей дочке 10 лет, а младшей 7 лет, то я ищу другие способы рассказать моим девочкам об этом. Безусловно, очень важно проживание народных праздников, а они неразрывно связаны у нас с православными, поэтому по большим праздникам и воскресеньям мы стараемся начинать день в храме. А дальше — уже как пойдет и успеется: поем, печем, говорим, читаем. Девочки занимаются в этнокультурном центре «Китежград» и там у них есть возможность праздновать традиционно, соборно, в компании детей и тоже петь и плясать, играть в народные игры. В данный момент это тоже часть жизни.
Органично это можно передать только в том случае, если родители включены в процесс и им это близко. Мне кажется, что иначе не получится.

Фольклор сегодня

Социальные сети — про скорость, картинку и хайп. Фольклор — про медленность, устность и передачу из уст в уста. Как вы примеряете эти два мира? И не чувствуете ли иногда, что социальные сети упрощают то, что упрощать нельзя?

Безусловно, это так. Но при создании контента вирусность часто отходит для меня на второй план. Иногда я намеренно выкладываю что-то, зная, что оно наберет небольшой охват, но мне важно этим поделиться. Пусть это увидят всего десять тысяч человек, но они это увидят! Создание контента для меня не всегда история про увеличение подписчиков и моей узнаваемости. Часто мне важно именно взаимодействие с моей аудиторией, большое желание поделиться каким-то рассказом из деревни или песней, не играя на эмоциях людей и не сокращая контент в угоду площадке. Но и здесь важен баланс.

Можно ли сегодня по-настоящему жить в народной традиции — справлять Масленицу не как фестиваль, а как обряд, шить кукол не для продажи, а для смысла?

Смотря что иметь в виду. Жить так как жили наши предки 100–200 лет назад невозможно. Народная культура неразрывно связана с укладом жизни, а он очень поменялся, не правда ли? Поэтому нет, я считаю, что это невозможно. Но взять какие-то актуальные для современности вещи и попробовать внедрить их в свою обычную жизнь вполне реально.

Наверняка есть люди, которые говорят: «Зачем это все в XXI веке?» Что вы им отвечаете — и какой аргумент работает лучше всего?

В каждой беседе нужны свои аргументы. Но обычно я говорю примерно так: нам не нужно жить так как жили наши предки, но узнать о том, как это было у них и взять для себя нужно — вполне возможно. Мне кажется, что это можно сравнить с каким-то наследством. Оно же разное бывает. Мы это наследство от наших предков получили в каком-то виде и мы можем им воспользоваться, потому что нам точно есть что взять оттуда, из того опыта, который складывался веками. А потом опыт нашей страны очень хорошо показывает, что стереть все старое и поставить новое — не всегда работает исключительно положительно.

Взгляд в будущее

Через 50 лет — что будет с народной культурой? Живая традиция, академический архив или TikTok с колядками? И что лично вы делаете, чтобы будущее выглядело иначе?

Хотелось, чтобы однажды все что у нас собрано, записано, отснято, было где-то структурировано и описано в одном месте. Чтобы не приходилось искать, проходя через множество разрозненных источников то, что именно тебе нужно. Но я уверена, что какая-то традиция еще будет. Что этнографам будет еще что фиксировать и что народные исполнители еще будут. Ну а я ежедневно публикую контент на тему народной культуры, чтобы люди узнали, что это такое, зачем нужно, почему это важно, и пошли изучать историю своей семьи. Чтобы не искали опору извне, а нашли ее внутри. Нашли и рассказали обо всем этом своим детям!
2026-06-17 15:00 Персоны