заполните форму, чтобы получать рассылку
Новости DIVO

Не совсем свои, но очень близкие: за что мы любим Балканы - рассказывает команда Polako

Балканы часто называют «почти нашими». Мы не будем спорить с этим и не будем с этим соглашаться. Мы просто расскажем, где именно русскоязычный путешественник чувствует знакомое.

1. Храмы и мечети

Анна Астери

Я начала ездить по Балканам в начале 2010-х и до сих пор помню, как впервые зашла в православный храм в Черногории. Всё вроде бы знакомо: свечи, иконы, запах ладана, тихий шёпот. Но стоит поднять голову, и понимаешь, что ты не дома. Стены и своды расписаны так, как я не привыкла: золотой фон, глубокая синева, яркие, почти светящиеся краски. На фресках подписи кириллицей, и ты читаешь их без перевода. Среди библейских сюжетов вдруг видишь местных святых и портреты церковных деятелей, с именами, которые звучат почти по-нашему, и с их собственной историей.

Позже я увидела похожие храмы в Сербии, Греции и т.д., где православие тоже живёт на каждом шагу, и у каждой страны оказался свой почерк. В части балканских стран, например в Хорватии и Словении, церкви в основном католические: другая традиция, но и там много старинных храмов, которые хочется разглядывать часами.
С мечетями похожая история. В Боснии, на юге Черногории и т.д. они стоят рядом с церквями, и это не вызывает ни споров, ни удивления: тонкие минареты, дворики, фонтаны для омовения. Мы такое соседство знаем сами. В Татарстане, на Кавказе, в Средней Азии, да и в Москве церковь и мечеть давно живут рядом. Это не «одинаково», это узнаваемо.

Многие гости нашего сервиса удивляются этому так же, как когда-то удивилась я: красота, которая сразу трогает, и ощущение, что ты здесь не чужой. Поэтому большим спросом, чаще всего осенью и весной, у нас пользуются паломнические туры, во время которых путешественники посещают православные храмы на Балканах или только в Черногории.

2. Язык и кириллица

Анна Астери

В Сербии и Черногории многие понимают русский, особенно старшее поколение: его учили в школе. Но даже если никто вокруг не говорит по-русски, помогает кириллица. В Сербии она на вывесках, в меню, на указателях, и ты читаешь город сам. В Боснии пользуются и кириллицей, и латиницей, в разных частях страны по-разному. В Черногории чаще латиница, но кириллица остаётся в церквях, на памятниках и во многих надписях. В Хорватии и Словении кириллицы нет, зато корни слов те же, и по контексту всё равно угадываешь. А если поехать дальше на юг и восток, кириллицу найдёшь и в части других балканских стран.
А дальше начинается самое интересное: слова, которые мы почти потеряли, здесь живые. Хва́ла значит «спасибо». У нас осталось «хвала и честь», «хвалить», а у них это слово на каждом шагу: в Сербии, Хорватии и т.д. Ле́по значит «красиво», как у нас «лепота».

Есть слова, над которыми мы смеёмся, хотя смысл у них самый серьёзный. По́нос значит «гордость». Ку́ћа (по-русски читается «куча») значит «дом». Так его называют в Сербии, Хорватии и т.д.

Нашим туристам всё это особенно нравится: когда читаешь вывески сам, чувствуешь себя увереннее, а слова вроде «куча» часто становятся любимой шуткой всей поездки.

3. «Полако»

Екатерина Полехина

Я из Москвы, и дома у меня всё по минутам, поэтому слово «полако» поначалу меня просто выбивало из колеи. Рейс задержали, и ты ждёшь объяснений, а тебе говорят: «Полако». Нужно оформить документ или решить вопрос в офисе, где в Москве всё делается за десять минут, а на Балканах это может занять полдня. И опять: «Полако». Я сначала злилась. Потом увидела, что вокруг никто не нервничает, и злиться стало неловко. В Черногории и Сербии я слышала это слово постоянно, а потом заметила тот же ритм и в части других балканских стран.

Постепенно я прониклась этой философией. «Полако» не значит «мне всё равно». Это значит «спокойно, всё решится». Теперь, когда я опаздываю или мне нужно срочно принять решение, я ловлю себя на том, что говорю себе то же самое. И мир почему-то не рушится.

Позже я заметила, что это нам знакомо. На юге России и в южных странах СНГ тоже не торопятся, и кофе пьют по два часа. Просто я жила в городе, где все гонятся вперёд.

Путешественники, которые приезжают к нам, часто реагируют так же, как я в начале: нервничают из-за задержек и очередей. А к концу поездки признаются, что им стало спокойнее, и увозят «полако» домой вместо сувенира.
«Полако» не значит «мне всё равно». Это значит «спокойно, всё решится».

4. Праздники

Екатерина Полехина

Пасха у нас и в православных странах Балкан выпадает на один день. В Сербии и Черногории приветствие то же: «Христос воскресе!» по-сербски звучит «Христос васкрсе!», а в ответ «Ваистину васкрсе!». Служба идёт по знакомому порядку, но атмосфера в храме другая. А ещё здесь первое пасхальное яйцо красят в красный цвет и хранят у икон целый год как хранителя дома. И обязательно играют в «тућање»: двое бьют яйцами друг о друга, и чьё яйцо не треснуло, тот победил. Так же играют и у нас, только название этой традиции я узнала здесь.

Православное Рождество в Сербии, Черногории и т.д. отмечают в тот же день, что и у нас, 7 января, а накануне, 6 января, наступает Бадње вече. И вот тут самое красивое. Рано утром в этот день глава семьи идёт в лес за молодым дубом, который называют бадняк. Дерево посыпают зерном пшеницы, просят у него прощения и приносят домой, и этот дуб заменяет рождественскую ёлку.
Наши клиенты, которые приезжают сюда на новогодние праздники, обычно удивляются, почему все вдруг едут в лес. Однако, когда они знакомятся с традицией, то всё понимают и выражают своё искреннее восхищение.

Мне очень нравится, что праздники умеют объединять народы. У нас ёлка, у них дуб, у нас куличи, у них свой пасхальный стол, а смысл один. Мы разные, и при этом свои.

5. Застолье и гостеприимство

Максим Мельниченко

Я переехал учиться в Черногорию и в первые недели был в шоке. Я вышел погулять по городу, а через час уже сидел в гостях у незнакомого деда. Он угощал меня ракией и сыром, расспрашивал про семью и, кажется, уже через двадцать минут начал сватать меня за внучку. Я вежливо отказывался и всё равно остался на обед, потому что здесь отказываться – невежливо. Потом я поездил по другим странам региона и понял, что это не особенность одного города: так встречают почти везде, где я бывал.

Такое гостеприимство мы стараемся показать и туристам: при организации экскурсий на север Черногории мы обязательно планируем остановку у местного легендарного деда, который обустроил среди гор собственную смотровую площадку (вью-поинт). Место выглядит очень необычно из-за множества сказочных деревянных фигур, которые дед сделал вручную. Он может накормить вас, угостить напитками и помочь сделать красивые фото, и всё это без фиксированной платы: каждый оставляет столько, сколько хочет. Только газировка в холодильнике стоит фиксированную цену из-за местных законов.
Кухня тоже интересная. Здесь почти все безумно любят мясо: чевапчичи в Боснии, Сербии и т.д., жареное мясо на углях, вяленый окорок в Черногории. Зато многое знакомо: сарма — это наши голубцы, чорба — это суп, палачинке — это блины, пита — это пирог. В части балканских стран на побережье больше рыбы и морепродуктов. Но за столом всё равно чувствуешь себя как у бабушки, только, обычно, с большим количеством мяса.

Поэтому у нашего сервиса есть отдельные направления гастротуров: и туда, где продукты ближе к привычным, и туда, где можно познакомиться с особенностями национальной кухни. Например, в деревню Негуши, где производят пршут (балканское прошутто). Когда туда приезжают наши гости, они не чувствуют себя на экскурсии, как в музее. Их принимают с накрытым столом, подливают ракии и дают попробовать самые разные виды мяса перед покупкой. А даже если ничего не купить, можно послушать интересные истории и даже услышать популярные местные песни в исполнении владелицы мясной лавки.

Эта открытость, пожалуй, главное, за что любят Балканы наши путешественники. Многих удивляет то же, что когда-то поразило меня: тебя принимают не как туриста на один вечер, а как своего.
Здесь праздник без стола невозможен, а отказаться от угощения почти невежливо.

6. Своя история

Максим Мельниченко

Есть тема, о которой в Черногории и в других странах бывшей Югославии говорят тихо и не со всеми. Люди старшего поколения прошли через 90-е и через войны, которые сопровождали распад Югославии. Когда об этом заходит разговор, в их голосе слышен тот же страх, который я знаю по рассказам российских знакомых о своих 90-х: распад страны, неопределённость, потери.

Мне тяжело осознавать, через что прошли эти люди. И я очень сочувствую тем, кто пережил подобное. Это не та боль, которую можно сравнивать или измерять. Но она нас объединяет: нам не нужно объяснять друг другу, что это такое.

При этом из тех лет выросли удивительные страны: живые, гостеприимные, со своим характером. Опыт был дорогой, и мне кажется, что люди здесь сделали выводы. Главное, чтобы такое никогда не повторилось, ни здесь, ни у нас.

Часто туристы приезжают сюда, совершенно не зная этой части истории Балкан. Но после знакомства с ней их охватывают те же скорбные чувства, какие у нас вызывают воспоминания о 90-х.
Нам не нужно объяснять друг другу, что такое «свои 90-е».
Именно за это туристы так любят Балканы: за знакомое, которое не надоедает, и за новое, которое не пугает.

Мы не говорим, что Балканы — это «почти Россия». У них своя история, свой язык и свой характер. Но если вы приедете, то быстро поймёте, что именно здесь чувствуется знакомое: в церкви или в мечети, в слове, в застолье, в праздниках и в памяти о трудных годах. А если что-то пойдёт не так и вам скажут «полако», то теперь вы, возможно, согласитесь.
Стиль жизни