Жестокий язычник и братоубийца: зачем князь Владимир принял православие и почему решил крестить Русь

Начало правления князя Владимира Святославича в Киеве, примерно в 978 году, совсем не похоже на тот образ святого князя, который мы знаем сегодня. В то время Владимир был убежденным язычником и активно поддерживал языческих богов.

Владимир хотел объединить разные племена общей религией и с ее помощью укрепить свою власть. Однако эта попытка не принесла ожидаемого результата. У разных племен были свои боги и традиции, поэтому одного общего языческого культа оказалось недостаточно, чтобы по-настоящему объединить страну. Как же тогда князь пришел к православию?

Личная жизнь князя тоже была далека от христианских представлений о нравственности. Согласно «Повести временных лет», Владимир имел несколько жен и огромное количество наложниц. Летописец не скрывает подробностей и описывает князя как человека, который не отказывал себе в удовольствиях и был окружен женщинами.

Некоторые историки видят в этом рассказе интересную параллель с библейским царем Соломоном. Он считался мудрейшим из правителей, но тоже имел множество жен и наложниц. В конце жизни Соломон отошел от веры в единого Бога и стал поклоняться языческим богам.

Владимир, согласно летописной традиции, прошел совершенно другой путь. Начав как убежденный язычник и человек, живший далеко не по христианским правилам, он в итоге сам принял христианство и сделал его основой новой религиозной жизни Руси.

Но Владимир был не только человеком, который любил власть, женщин и военные походы. Как правитель он столкнулся с серьезной проблемой: одной силы оружия было недостаточно, чтобы удержать под своей властью огромную и разнородную страну.

Русь объединяла множество племен, и у каждого были свои боги, обычаи и представления о мире. Владимир попытался сплотить их вокруг общего языческого культа, но эта задумка не принесла желаемого результата.

Постепенно перед князем встал вопрос: что действительно может объединить Русь? Ему нужна была вера, которая могла бы стать общей для всей страны и одновременно укрепить власть князя. Поиск ответа на этот вопрос в конце концов привел Владимира к христианству — решению, которое навсегда изменило историю Руси.

Ключевым моментом в поисках новой веры для Владимира стал знаменитый рассказ о выборе вер, который сохранила «Повесть временных лет». Согласно летописи, к князю в Киев один за другим приезжали посланцы разных народов. Каждый рассказывал о своей вере и пытался убедить Владимира принять именно ее.

Первыми пришли волжские болгары, исповедовавшие ислам. Они рассказали князю о своих религиозных правилах, но некоторые из них Владимиру явно не понравились. Особенно его смутил запрет на вино. Летопись передает знаменитые слова князя: «Руси есть веселие пити, не можем без того быти». Именно поэтому, согласно летописи, Владимир отказался от ислама.

Конечно, вряд ли все дело было только в любви к вину. Для жителей Руси застолья, мед и вино были частью повседневной жизни, праздников и важных обрядов. Поэтому строгий запрет на алкоголь мог казаться князю слишком серьезным ограничением. Кроме того, принятие ислама означало бы для Руси тесный союз с мусульманским миром, что тоже могло не устраивать Владимира.

После мусульман к князю прибыли посланцы из западных христианских земель — представители Рима. Они тоже предлагали Владимиру принять христианство, но их вера его не убедила. В летописи особенно подчеркиваются различия в богослужении между западными христианами и византийцами. Для летописца это было важно: он стремился показать, что именно византийская традиция является правильной и ближе всего к древней христианской вере.

Затем состоялся разговор Владимира с иудейскими посланниками, которых летопись связывает с Хазарским каганатом. Князь задал им неожиданный и очень практичный вопрос: «А где земля ваша?» Он хотел понять, почему народ, который верит в единого Бога, больше не владеет своей древней землей.

Посланцы объяснили, что их предки были рассеяны за свои грехи, а Иерусалим оказался во власти христиан. Тогда Владимир ответил: «Если бы Бог любил вас и закон ваш, то не были бы вы рассеяны по чужим землям». Иными словами, князь рассуждал не только как человек, выбирающий веру для себя, но и как правитель: если вера должна объединить целую страну, она должна давать ей не только духовную опору, но и ощущение силы и будущего.

Последним к Владимиру, согласно летописи, пришел греческий философ. В некоторых источниках его называют монахом Кириллом. В отличие от других посланцев, он не стал просто перечислять правила своей веры, а сразу попытался показать Владимиру всю картину христианского мира.

Философ рассказывал князю о Ветхом Завете, о первых людях, грехопадении и пророках, а затем перешел к истории Христа и основам христианского учения. Но сильнее всего Владимира, судя по летописи, впечатлило то, чем закончился рассказ. Философ показал ему изображение Страшного суда.

На картине Христос судит людей за их земные поступки. Праведники стоят по правую руку и отправляются в рай, а грешники — по левую, где их ждут вечные мучения. Для Владимира этот образ должен был быть особенно сильным. Перед ним стоял человек, который привык вершить суд над другими, решать судьбы людей и добиваться своего силой. А теперь ему показали суд, перед которым окажется уже сам князь вместе со всеми остальными.

Владимир долго смотрел на изображение и, согласно летописи, произнес: «Добро этим направо, а горе этим налево». Князь впервые задумался не только о власти и земной жизни, но и о том, что ждет человека после смерти.

Однако впечатления от проповеди Владимиру было недостаточно. Он не собирался принимать судьбоносное решение только потому, что один философ сумел его убедить. Князь поступил как политик и отправил своих послов в разные страны. Их задача была простой: самим увидеть, как люди поклоняются своим богам, и рассказать князю, какая вера действительно производит на них впечатление.

Послы побывали в разных землях, но особенно их поразил Константинополь — столица могущественной Византийской империи. Там они вошли в храм Святой Софии во время богослужения. Перед ними открылась совершенно другая картина: огромный храм, мерцание золота, свечи, запах ладана, пение и торжественный обряд, в котором участвовали священники и императорский двор.

Вернувшись, послы были в восторге от византийского богослужения в соборе Святой Софии: «Мы не знали, на небе мы или на земле; ибо нет на земле такого зрелища и красоты такой».

Выбор Владимира пал на христианство византийской традиции не только потому, что его послов впечатлила красота богослужения. У князя были и вполне земные, политические причины выбрать именно эту веру.

Прежде всего, христианство уже было знакомо княжеской семье. Бабушка Владимира, княгиня Ольга, еще задолго до его правления приняла крещение и побывала в Константинополе. Она не смогла обратить в христианство своего сына Святослава, отца Владимира, но сама оставалась христианкой. Поэтому для Владимира византийская вера не была чем-то совершенно чужим.

Была и другая причина — Византия. Это была одна из самых могущественных держав того времени, а ее столица Константинополь считалась одним из богатейших и величайших городов мира. Союз с такой империей открывал перед Русью большие возможности: укреплялась торговля, рос международный авторитет Киева, а отношения с Византией могли помочь и в борьбе с опасными соседями, прежде всего с печенегами.

Но настоящий поворот произошел из-за большой политики. В конце X века в Византийской империи разразился серьезный кризис. Против императоров Василия II и Константина VIII восстал могущественный полководец Варда Фока. Его войска угрожали самому Константинополю, и императорам срочно понадобилась помощь.

Тогда они обратились к Владимиру. Князь согласился предоставить им войско, но потребовал взамен нечто гораздо большее, чем деньги или торговые привилегии. Он захотел жениться на сестре императоров — царевне Анне.

Для византийского двора это требование было почти невероятным. Анна была порфирородной принцессой, то есть дочерью императора, родившейся во время его правления. Такие браки считались особой привилегией византийского императорского дома. Отдать принцессу за правителя, которого в Константинополе считали северным варваром, было очень серьезным решением.

Однако у Владимира были сильные аргументы. Он уже согласился помочь императорам, а его военная сила была им необходима. В итоге стороны договорились: Владимир примет христианство, а после этого сможет жениться на Анне.

Казалось бы, вопрос решен. Но Владимир не собирался просто ждать выполнения обещания. Он захватил византийский Херсонес в Крыму, который на Руси называли Корсунью. Тем самым князь показал, что ведет переговоры не с позиции просителя. У него была собственная армия и достаточно сил, чтобы давить на Византию.

После этого соглашение было выполнено. Анна приехала к Владимиру, а сам князь принял крещение. При крещении он получил имя Василий — вероятно, в честь византийского императора Василия II.

А последствия этого выбора оказались гораздо масштабнее, чем мог предполагать сам Владимир. Вместе с христианством Русь вошла в культурный мир Византии. Началось активное распространение письменности, церковной книжности и новой архитектуры, появились каменные храмы, развивались живопись и образование. Решение одного князя постепенно изменило не только религию, но и культуру всей страны.